Материалы

Журнальный столик. Январь 2017 г. Огонёк

«ОГОНЁК» №3(5449) ОТ 23.01.2017

Еще в 2012-м президент издал указ, обязывающий правительство повысить производительность труда в полтора раза уже к 2018 году — речь шла примерно о росте в 7 процентов в год. Но воз, что называется, и ныне там. 

Опубликованные на днях данные Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР) не радуют: в организации замерили производительность труда в различных странах и выяснилось, что вклад россиянина в ВВП страны за час рабочего времени составляет всего лишь 25,1 доллара США. Для сравнения: этот показатель для Люксембурга, оказавшегося в лидерах рейтинга,— 95,1 доллара, для США — 68,3, для Германии — 66,6... Мы оказались в самом конце списка, обогнав лишь Мексику (20 долларов), и, самое обидное — ставим этот антирекорд уже не первый год: например, в 2014-м производительность труда россиянина составляла не намного больше — 26 долларов.

При этом парадокс: по количеству отработанных в год часов мы, напротив, среди лидеров — это доказывает еще один рейтинг ОЭСР. Сами посудите: россияне работают аж 1978 часов в год, гораздо больше, чем жители Германии (1371) или, скажем, Франции (1482). Как это противоречие понимать?

— Это называется высокая трудоемкость: чтобы произвести единицу продукции, нам просто требуется больше рабочего времени, чем в других странах,— говорит профессор Александр Щербаков из РАНХиГС.

Похоже, не случайно в 2014-м в Европе оказалось всего два рекордсмена по времени, проведенному на работе, — мы и кризисная Греция. Есть ли шанс выбраться? Статистика оптимизма не внушает: разрыв в производительности труда с развитыми странами фиксировали еще в советские времена, от США мы отставали в 4,2 раза, от Великобритании — в 2,8. Сегодня у нас рыночная экономика, но соотношение практически не изменилось. Более того, нас догоняют страны, еще недавно бывшие аутсайдерами. С 1991 по 2012 год мы повысили производительность труда примерно на треть, в то время как Китай — в 7 (!) раз.

— Сократить отрыв никак не получается: проблема как в основных фондах, то есть в оборудовании, машинах, инструментах, материалах, так и в самой организации труда. По обоим параметрам мы очень серьезно отстаем,— уверен Щербаков.

"Серьезно" — это на сколько? И можно ли вообще верить статистике ОЭСР? В прошлом году в Совете Федерации собирался специальный семинар, посвященный как раз производительности труда, данные, обнародованные там, в широкий доступ, увы, не попали, хотя они без преувеличения сенсационны.

Едва ли не самую тревожную статистику представил на семинаре в СФ директор Института нового индустриального развития им. Витте Сергей Бодрунов — речь об износе основных фондов, от машин и оборудования до зданий. Оказывается, ситуация сегодня еще хуже, чем была перед началом рыночных реформ 27 лет назад: если в 1990-м степень износа составляла 35,6 процента, то в 2014-м — уже 49,4! Советское производственное наследство давно "проедено", но и то, что было закуплено или построено в новые времена, уже устарело и почти не обновляется. В 1990-м так называемый коэффициент обновления основных фондов составлял 6,3 процента, а к 2014-му он упал до 4,3 процента. Нам далеко даже до советских показателей: на излете Советского Союза средний возраст оборудования увеличился с 8,5 до 12 лет, и уже тогда все ломали голову, что с этим делать. Сегодня голову никто не ломает — на ситуацию просто махнули рукой. По данным Бодрунова, на заводах и в цехах в основном преобладает машинное оборудование, работающее более 20 лет — какие уж тут нанотехнологии... Фактически, полагает эксперт, мы имеем дело с затянувшейся деиндустриализацией российской экономики: дело не только в плохом состоянии оборудования или низкой инновационной активности, но и в человеческом факторе — нет хорошо оснащенных рабочих мест, значит, нет и высококвалифицированных кадров.

Кирилл Журенков  «ТРУДОМ РОССИЮ НЕ ПОНЯТЬ»

Кто и как формирует взгляд на Россию на Западе? На это поразительный ответ дает вышедшая не так давно в Лондоне и совершенно не замеченная у нас книга

«Когда мне прислали на отзыв книгу Энтони Кросса со скучным названием "В землях Романовых: аннотированная библиография англоязычных первоисточников с рассказами о Российской империи (1613-1917)", энтузиазма поначалу не возникло: ну что такое библиография — список литературы, автор, заглавие, год издания, краткая аннотация... Но как только начал просматривать книгу британского историка, ведущего специалиста в области отношений России и Запада, понял: это настоящая сокровищница не только для всех, кто интересуется историей, но и для тех, кому небезразличен "образ России" за границей.

В 440-страничной публикации представлено более 1200 источников, сюда вошли только письменные свидетельства людей, побывавших в России в период романовского 300-летия. Поражает их число и разнообразие: это записки предпринимателей и военных, врачей и домашних учителей, инженеров и архитекторов, искателей приключений и серьезных географов-исследователей. Это не просто рассказы о себе в России, а еще и о том, как переплетались судьбы российской и западной цивилизаций. И ответ на популярный нынче вопрос: почему нас на Западе не любят?»

Александр Аничкин «ОКНО ИЗ ЕВРОПЫ»

"Продовольственный кризис", "Синтетическая еда", "Доступность продуктов в будущем", "Жидкое золото: экономика воды" — все это темы давосских секций. Главная причина даже не тревоги, а паники — растущее население земного шара. К 2030 году оно может достичь 8,5 млрд человек, что потребует увеличить доступность продовольствия на 60 процентов. Второй тревожный фактор — климатические изменения, меняющие географию сельского хозяйства. Об этом говорится в недавнем докладе ученых из оксфордской программы "Еда будущего". "Нам необходимо производить больше еды, но 24 процента всех территорий, используемых под сельское хозяйство, истощены",— констатирует директор программы Чарльз Гадфрай.

"Производство пищи негативно влияет на окружающую среду,— продолжает Чарльз Гадфрай,— 30 процентов парниковых газов прямо или косвенно связаны с изготовлением продуктов питания. Из-за того, что производить еду становится сложнее, к 2050 году цены на продукты вырастут на 40 процентов. Если сработают негативные сценарии глобального потепления, они вырастут на 100 процентов".

Выход — производить более питательную еду с наименьшей затратой ресурсов. "Надо заменять животную пищу на растительную. Население Земли растет, и просто невозможно производить такое количество мяса",— пояснила "Огоньку" Зинаида Медведева, руководитель научно-исследовательского центра "Здоровое питание".

Искусственное мясо, насекомые или водоросли? Возможно, в скором будущем меню в ресторане будет выглядеть именно так. Что будем есть, выясняли Никита Аронов и Наталия Нехлебова

«ПРОКОРМИТЬ БУДУЩЕЕ»

 

"Огонек" присмотрелся к новой моде: ставка на карьеру и личностный рост сменилась тягой к комфорту и маленьким житейским радостям. В мире стремительно набирает популярность хюгге — философия счастливой жизни, возникшая в Дании.

Директор Института исследования счастья (Копенгаген) Майк Викинг и датский антрополог Джеппе Линнетт — о том, что в первую очередь создает атмосферу хюгге.

Луч света. Правильное освещение создает настроение, убеждены жители Дании и остальной Скандинавии. Этот регион — будто темное царство. Погода переменчивая: солнце — и вдруг пасмурно. А зимой световой день длится каких-то восемь часов. Россиянам все это знакомо. Чтобы не унывать в такую пору, скандинавы нашли решение. Во-первых, это большие окна, пропускающие в жилище естественный свет. Во-вторых, светильники всевозможного дизайна, но главное — дающие мягкий, приятный свет. И, в-третьих, обязательно свечи в доме, даже самые простые.

На одной волне. Фокус на отношения с родными и друзьями — пожалуй, самое главное в хюгге. Лишь 3% датчан, согласно опросу, считают, что наслаждаться простыми радостями лучше в одиночку. Но и большая компания — не гарантия хорошего настроения. Лучше небольшое собрание — от двух до пяти человек, чтобы каждому уделить внимание, выслушать. К беседе свои требования — неторопливая, размеренная, можно и пофилософствовать, но в хюгге нет места дебатам на острые темы. Вместе на прогулке, на диване перед телевизором, у кухонной плиты — лишь бы рядом был близкий человек.

Язык проглотишь. Адепты здорового питания хюгге-рацион не жалуют: жирное, сладкое, мучное, кофе в избытке, алкоголь. Зато вкусная еда — это действенный способ, чтобы в организме началась выработка эндорфинов — "гормонов радости". Поэтому первый совет при хандре — съесть кусочек хорошего шоколада. Датчане в сладостях знают толк: по объему потребления булочек, пирожных, джемов они среди лидеров в Европе. При этом среди скандинавов немало сторонников slow food — движения против системы быстрого питания. А свиное жаркое, приготовленное дома,— в этом сам дух хюгге.

Маленькими глотками. Пожалуй, самый популярный пост в социальных сетях с хештегом hygge — это красивая керамическая чашка, от вида которой так и тянет узнать: что там пьет хозяин? Кофе, чай, горячий шоколад или, может быть, какао? Теплый напиток и согреет, и порадует вкусом, уверены датчане. "Я предпочитаю ройбуш",— признается Майк Викинг. В своей книге он дает совет, как сделать настойку из бузины, июнь — время сбора ягод. А Джеппе Линнетту, в свою очередь, нравится красное вино, которое зимой лучше употреблять в виде глинтвейна.

Милый дом. Керамическая посуда, мебель из натурального дерева, мягкий диван, заваленный подушками с красочный рисунком,— все это воплощение домашнего уюта в стиле хюгге. Настоящий хюгге-активист предпочтет бабушкин комод в интерьере новому, только доставленному из магазина. Потертости, шероховатости и другие приметы времени не портят вещи, согласно хюгге, а дарят им свое очарование. Это касается и старых детских игрушек, черно-белых фотографий в рамках — для кого-то хлам, а для кого-то теплые воспоминания. Датчане в этот список добавили бы камин и плед.

Уголок по душе. Хюгге — не только дом, это и общественные пространства. Джеппе Линнетт, проведя множество интервью с посетителями кафе в Дании и проанализировав отзывы на них в интернете, описал модель идеального заведения в стиле хюгге. Это, как выяснилось, островок безмятежности в бушующем городском пространстве, с мягким освещением, негромкой музыкой, удобными диванами, хорошим кофе или пивом. По словам Линнетта, главное, что в хюгге-кафе ты не воспринимаешь сидящих за соседними столиками как незнакомцев.

Гаджет-free. Владельцы кафе в Дании, между прочим, одними из первых в мире стали вводить запрет на использование посетителями лэптопов. Нет бы наслаждаться чашечкой кофе или беседовать со спутником, люди зависают в гаджетах,— так объясняли они свое решение. Хюгге предлагает простую альтернативу — почитать любимую книгу, а еще организовать с друзьями книжный клуб, чтобы обсуждать прочитанное, или даже устроить обмен книжками в подъезде своего дома. А вместо постов о деталях личной жизни в Facebook по старинке вести дневник.

Ближе к телу. Одежда в стиле хюгге — это значит в первую очередь удобная, в которой чувствуешь себя непринужденно, не переходя границу небрежности. Лоск и гламур — это не хюгге. Вот кашемировый шарф, вязанные варежки и шапка, свитер с оленями, пара шерстяных носков, которые согреют в холодную пору,— это хюгге-стиль. Шопинг, конечно, приносит радость, но погоня за брендами и трендами не дарит подлинного счастья, считают сторонники хюгге. Гораздо важнее натуральность тканей.

Ветер в лицо. Гармония с природой — еще одна важная составляющая хюгге-философии. Живые цветы в горшках на подоконнике или сад в загородном доме, прогулка по бульвару или долгое путешествие, пикники на траве в городском парке или поход по грибы в лес — каждый выбирает по себе. Хюгге — это ощущение момента, здесь и сейчас: запах листвы, шум ветра, прохлада ручья. Жителями большого города хюгге наиболее полно ощущается при выезде за его пределы, и речь не о работе на даче.

Потехе время. Простые радости по хюгге — это все многообразие развлечений. От самых простых вроде настольных игр, вечеринок с друзьями, походов в кино или театр, клубов по интересам до заковыристых. Майк Викинг в своей книге советует, например, распечатать самые любимые фотографии, которые выложены в собственном аккаунте в Facebook, и сделать фотоальбом, который можно листать, удобно устроившись на диване зимним вечером, конечно же, с чашкой вкусного чая и под мерцание горящих свечей.

Мария Портнягина «ОТ ЛУЧА СОЛНЦА ДО МЕРЦАНИЯ СВЕЧИ»

 

«Однажды я ехал с ним три с половиной часа на машине. Мимо лесов и полей, потом по пробкам города. Всю дорогу он очень уютно молчал. Бывает молчание напряженное. А это было естественное и милое, даже мелодичное, которое не хотелось нарушать.

По виду нежный, немного робкий, но вместе с тем строгий, в умных очках, чем-то похожий на детского доктора. Умиротворяющая невеселость — лекарство от Кушнера, способное смягчить трагизм бытия получше любого бодрячества.

Он излучает редкое обаяние старости. Прирожденный старец, наконец-то ставший собой.

В этом интервью почти каждый из ответов он сопровождал стихами. Доходило уже как бы и до абсурда, когда поэтические цитаты — из себя и других — переполняли разговор, вытесняя и отменяя обычную речь... Если привести все, что в рифму, получится стенограмма поэтического вечера. Что ж, уверен, он бы с удовольствием и облегчением отвечал бы одними стихами».

Поэт Александр Кушнер отвечает на вопросы писателя Сергея Шаргунова «ВЕЧНОЕ УДИВЛЕНИЕ ПЕРЕД СТРАННОСТЬЮ И ЧУДОМ»