Журнальный столик. Октябрь 2016. Наш современник

«НАШ СОВРЕМЕННИК» № 10

В октябре этого года "Нашему со­временнику" исполняется 60 лет. В канун 60-летнего юбилея журнала его читатели продолжают ра­довать своими искренними и тёплыми письмами. Читая эти очень доб­рые послания, невольно осознаёшь, что журнал стал для всех как бы родным домом, куда приходят как к родным и близким людям, чтобы поделиться с ними всеми своими радостями и тревогами. Люди пишут по самым разным поводам, но всегда с пол­ным доверием и откровенностью. Вспоминают прожитую жизнь, военное лихолетье, рассказывают о своих ушедших родных, выражают озабочен­ность сегодняшним состоянием дел в стране. И получается, что "Наш со­временник" — это не только журнал, это особая планета, планета доб­рых людей, которая вот уже более полувека ярко светит над Россией. "Я просто для себя открыла новую планету под именем "Наш современ­ник", — пишет наша читательница из Сибири. И от нас ото всех зависит, чтобы наша планета никогда не уходила за горизонт.

«ПЛАНЕТА ПОД ИМЕНЕМ «НАШ СОВРЕМЕННИК»

 

 

     «…Доехав до нужной остановки, я быстро оказался в приёмной комиссии. А при входе пригасил шаги у обыкновенной вывески: "Государственный уни­верситет имени М. Горького". Меня обдало сладостным холодком. Страх и гордость соединились воедино.

   Было рано, а потому пусто, и я подсел к столику, где пожилая женщи­на, похожая на учительницу преклонного возраста, дружелюбно спросила мой вызов, выдала экзаменационный листок с моей фотографией, утвержденной печатью, и спросила:

— Что-то желаете ещё добавить в своё дело?

     И здесь наступила решительная минута. Я протянул ей рекомендацию из редакции и моё сокровище — маленький альбомчик в тёмно-синей обложке под цвет, наверное, моих штанов. В нём, аккуратно наклеенные, хранились мои скромные заметки, напечатанные в газетах. А одна — даже в "Комсо­мольской правде!'…

    Учительского вида тётенька приняла его в свои руки и самым вниматель­ным образом пролистала все странички.

— Вы посидите, я на минуточку!

     Ровно через минуточку она попросила меня пройти в другую комнату, точнее, в такой закуток, примыкающий к комиссии, даже, кажется, без от­дельной двери.

    Там сидел вообще-то не очень приветливый человек. Он кивнул мне, ли­стая мой альбомчик, а мне стало нехорошо от этого его листания. Как мне показалось, пренебрежительного.

    Впрочем; я и сам не знал, как нужно было относиться ко всему моему примитивному сочинительству. Никто мне никогда про это ничего не гово­рил. Мама если и хвалила за это, то из чувства успокоения, что я по ули­цам не шляюсь, а хоть что-нибудь интересное для себя выдумал. А там...

И вот я сидел перед этим невзрачным оценщиком. А он мне говорил сов­сем другое:

— Вам общежитие нужно? На время экзаменов?

— Да, — отвечал я.

— Тогда возьмите направление на санобработку и там же направление в общежитие, а то вас без санобработки туда не возьмут.

Я ни черта не понимал! Какая санобработка?!

Не удивляйтесь! — сказал дядька благодушно. — Так положено! А альбомчик ваш мы оставляем. Он будет в вашем деле!

Я вышел от него слегка ошарашенный, смущённый, растерянный. А ког­да человек теряется, как известно, ему даруется нечто иное. И если не пря­мо противоположное, — уверенностью одарить непросто! — то что-то обна­дёживающее. Или просто смешное.

Когда я вышел от начальника, внимательная учительница протянула мне две бумажки и кивнула на девицу, стоящую у неё за плечом.

— Вот Девушка! Как вас? Люсетта? Она тоже с вашего потока. И ей тоже требуется в общежитие! Так что шагайте на санобработку!

И хохотнула. Я улыбнулся, ничего не понял. Что такое санобработка?»

Альберт Лиханов

 «Оглянись на повороте, или Хроника забытого времени». Новый роман в повестях.

 

    4 октября русскому поэтическому гению Глебу Яковлевичу Горбовскому исполнилось 85 лет.

    Поэт Глеб Горбовский - из поколения, давшего миру Иосифа Бродского, Николая Рубцова, Александра Кушнера и многих других замечательных поэтов. Вот что говорил Иосиф Бродский о Глебе Горбовском: "Конечно же, это поэт более талантливый, чем, скажем, Евтушенко, Вознесенский, Рождественский, кто угодно."

   Более 30 книг стихов и прозы, выходящее ныне многотомное со­брание сочинений — итог многолетней, насыщенной вольной творче­ской жизни одного из самых пронзительных поэтов второй половины XX столетия, тонкого лирика и жесткого, неуступчивого, неприми­римого к социальному и человеческому злу русского гражданина.

     Глеб Горбовский родился в Ленинграде. В 1937 году его отца сослали в лагеря по ложному обвинению в подготовке покушения на министра путей сообщения Лазаря Когановича. Мальчишка остался практически без присмотра. Летом 1941 года мама отправила его к бабушке в город Порхов. Вскоре грянула война, и городок был захвачен немцами. Позже Горбовский вспоминал:

    «Три года оккупации я жил - чтобы выжить... Жил, как звереныш! Не довелось мне быть ни юным партизаном, ни пионером-героем. Отирался возле немецких госпиталей, где вкалывали подсобниками наши пожилые мужики - расконвоированные военнопленные. Ну и я вроде - при них. Возили на лошадях дрова с лесной делянки, с карьера - песок, с колодца - воду; чистили отхожие места. Как к нам относились немцы? Могли и конфету-бомбошку какую-нибудь протянуть, могли и шалость простить, даже шкоду, а могли и повесить за ничтожную провинность».

    Он выжил, но хлебнул горя. Это было время полного сиротства, беспризорности, постоянной смертельной опасности. Парень фактически одичал, научился воровать, своими глазами видел публичные расстрелы и массовые повешения на центральной площади Порхова. Те страшные годы не могли для него пройти даром. 

    После окончания войны Глеб Горбовский попал в детприемник, затем в детский дом. Лишь через год его разыскали и вернули домой родители. Но 14-летний подросток уже был неуправляем: курил, пил водку, подворовывал на ленинградских рынках. Отчим регулярно вызволял пасынка из милиции после драк и облав по злачным местам. Когда Глебу не было еще и 16 лет, прокурор Василеостровского района предложил без суда отправить трудного подростка в исправительную колонию. Мать и отчим не возражали. Так в 1947 году Горбовский оказался на нарах. «Бог миловал, не дал моей душе проржаветь насквозь. Я сам нашёл выход: поздним летом 1947 года убежал из колонии, благополучно добрался до опечатанной комнаты в Ленинграде, где узнал от соседки адрес отца, который жил на поселении».

    Сегодня поэт признается, что тогда ему несказанно повезло. Побег удался, его не задержали и не вернули на нары, затем было полное опасных приключений путешествие к отцу в Кинешму. Там родитель директорствовал в местной школе и преподавал литературу. Эта встреча с отцом в корне изменила жизнь 16-летнего бродяги и воришки, пустила ее в правильное русло. Глеб начал читать художественную литературу запоем, из него полились стихи – неумелые, наивные. Отец критично был настроен к новому увлечению сына, считая, что прежде чем заниматься поэзией, необходимо получить образование. Ведь к тому моменту у Глеба было всего два класса образования. За год парень с помощью папы окончил семилетку, отец сумел сделать для сына паспорт и остальные документы. Восьмой класс Горбовский закончил уже в Ленинграде, затем служил в стройбате (за три года службы двести с лишним суток отсидел на гауптвахте). После армии поступил в Ленинградский полиграфический техникум, откуда был отчислен через два года. Глеб Горбовский много ездил по стране, работал модельщиком на фабрике «Красный Октябрь», слесарем «Ленгаза», грузчиком, лесорубом и сплавщиком в Сибири, взрывником в геологических экспедициях на Камчатке, Сахалине, в Якутии..

    Стихи писать начал в шестнадцать лет, в армии писал песни, одна из самых известных — «Сижу на нарах, как король на именинах». В 50-х годах Глеб Горбовский становится одним из самых популярных неофициальных поэтов Ленинграда. Буквально всем стали известны его песни - «Когда фонарики качаются ночные...», «У помещенья «Пиво-Воды» стоял непьяный постовой...» и др. Первая публикация стихов — в волховской районной газете «Сталинская правда» (1955). Первая книга вышла в 1960. Член Союза писателей с 1963 года. На его стихи создано много песен не только бардами, но и профессиональными композиторами.

«Все сущее – от неба»

Подборку стихотворений Глеба Горбовского читайте на стр.15

 

   «В квартире матери было полным-полно Лениных фотографий, именно поэтому девушка не любила здесь бывать. Она не любила смотреть на себя со стороны. Особенно Лена не любила фотографии, на которых они вместе с матерью. Мать и дочь были удивительно похожи, и это сходство Лена не могла простить матери, это сходство сводило её с ума, но ещё больше её сводила с ума неспособность это сходство простить.

    Лена часто вспоминала тот момент, когда впервые это осознала. Это случилось несколько лет назад в Египте, где Лена отдыхала одна. Она старалась быть незаметной и в основном сидела в тенёчке под навесом и читала, для надёжности спрятавшись от окружающих за стёклами больших солнцезащитных очков и надев широкополую шляпу. Но в тот день, отвлекшись от чтения, Лена увидела у бассейна некрасивую девушку, идущую рядом с мамой. Пройдя несколько шагов, мама заботливо надела дочке на голову кепку. Но девушка с такой злостью сорвала с головы эту кепку, что невольно привлекла внимание окружающих, а потом от стыда она опустила голову.  Ей не хотелось, чтобы кто-то догадался, что она отвергает всякую заботу матери лишь потому, что стыдится своего сходства, с ней, что хочет быть от матери как можно дальше и лишний раз не вспоминать, на кого похожа. А её мама... Её мама ничего не понимала, она была счастлива находиться вместе с дочерью в замечательном отеле у моря.

     Но зато Лена поняла девушку, потому что как будто увидела себя со стороны. А ещё подумала: "Как можно быть счастливой, если ты наделила свою дочь своей ужасной внешностью и обрекла тем самым на постоянные страдания?"

 Олег Сочалин

«Ледяной дождь» Рассказы.

 

     Новое поколение в литературе - это не всегда радость обретения значительных произведений или авторов, обладающих полноценным художествен­ным мировоззрением, - но всегда надежда. И потому, чтобы рассуждать о новом поколении, недостаточно, на наш взгляд, просто перечислить наибо­лее талантливых его представителей, проанализировать их достоинства и не­достатки, сделать выводы об их сходстве или различии между собой. Важно сказать, на что же мы надеемся, то есть ответить на вопрос, какой именно мы хотим видеть современную литературу, какими качествами она должна бы­ла бы обладать, какие задачи ставить, какие вопросы решать - иначе гово­ря, каким мы представляем себе её идеальный образ.

    Герои этой статьи - молодые авторы, вошедшие в литературу в недавнее время, - Андрей Антипин, Елена Тулушева, Юрий Лунин, Алёна Белоусенко, Иван Маков и другие. Все они либо младше тридцати, либо немногим старше, и большинство из них публиковались в журнале "Наш современник". Журнал, разглядевший в своё время в молодом Распутине будущего русского классика, и сегодня верен своему призванию, он ведёт целенаправленный поиск молодых талантов, открывая их произведения для своих читателей.

 

Андрей Тимофеев

 «Новые традиционалисты» как будущее русской литературы. Критика

http://www.nash-sovremennik.ru/main.php?m=mpage